Две башни, Азинелли и Гаризенда

Начнём с того, что портит планы, потому что иначе вы узнаете это на месте. Подняться на Азинелли сейчас нельзя. Башня закрыта с октября 2023 года, и закрыта не из-за себя. Датчики показали, что у соседки, Гаризенды, ухудшается состояние основания, её признали угрожающей обрушением, вокруг поставили строительный городок, и Азинелли закрыли заодно, из осторожности. Работы по спасению Гаризенды идут по той же схеме, по которой в своё время выпрямляли Пизанскую башню: стальные пилоны и тросы, которые тянут башню в нужную сторону, плюс укрепление основания нагнетанием раствора. Стоит это около девятнадцати миллионов евро, срок работ назван до 2028 года. Разговоры о том, что Азинелли откроют раньше, идут, но решения на конец августа 2026 года нет. То есть вы приедете и увидите одну башню и один забор. Открытки не выйдет. Зато выйдет сюжет получше открытки. Вы смотрите на город, который уже двадцать лет решает, что делать со своим падающим символом, и решает публично, со спорами в газетах, с двумя партиями и с цифрой в девятнадцать миллионов на виду у всех. Это редкая возможность увидеть охрану наследия не в готовом виде, а в процессе, со всеми лесами и неловкостью. Что до самих башен. Азинелли высотой 97 метров, четвёртая по высоте башня Италии, и наверх ведут 498 ступеней. Отклонение от вертикали у неё около двух метров. Гаризенда ниже и кривее: наклон около трёх метров, и из-за него ещё в середине XIV века башню укоротили примерно с шестидесяти метров до сорока восьми, чтобы она не рухнула. То есть проблема, которой сегодня занята вся Болонья, ей ровно семь веков. Гаризенда попала в литературу раньше, чем в сводки новостей. Данте помянул её в «Аде»: великан, наклоняющийся над поэтом, сравнён с этой башней, какой она кажется снизу, когда над ней идёт облако. Кто стоял под наклонной башней в ветреный день, знает, что сравнение точное до неприятного.

Чтобы понять, что это были за сооружения, надо представить себе Болонью XII века как лес. Башен было очень много. DK называет около ста, Джонатан Гланси пишет, что их было будто бы сто восемьдесят. Точной цифры нет ни у кого, потому что считать начали, когда большинство уже упало или было разобрано. Сегодня стоит около двадцати. Формально это были дозорные башни. По существу, как замечает Гланси, они были заявлением о силе семьи, которая их построила. Квадратные, кирпичные, почти без окон, архитектурно ничем не примечательные. Их значение не в красоте, а в том, что их вообще удалось поставить: в эпоху, когда расчёт нагрузок был делом опыта и чутья, семья местных богачей поднимала кирпичную трубу на сто метров и та стояла. Часть, разумеется, не стояла. Строили их не архитекторы. Строили заказчики, Азинелли и Гаризенда, две болонские семьи, чьи имена башни носят до сих пор. Смысл затеи был примерно тот же, что у московской высотки или у башни в Дубае, только откровеннее: моя выше, значит я важнее. Здесь стоит сказать, что подъём на Азинелли, когда он вернётся, вещь непростая. Лестница деревянная, внутри узко, ступеней почти пятьсот, и с ребёнком на руках это не прогулка. Если вам нужен вид на Болонью сверху, а башня закрыта, есть терраса санктуария Сан-Лука на холме. Вид оттуда шире, а подниматься не надо, если ехать транспортом.