Дом специалистов

В сентябре 1935 года на Беш-Агаче достроили первый в Ташкенте дом для специалистов: четыре этажа, квартиры по три-четыре комнаты с кухнями, ваннами и водопроводом. Семнадцать квартир отдавали семьям научных работников, двадцать шесть инженерам, пять военным специалистам. Горсовет обещал трубы, электроарматуру и белила, чтобы люди въехали к годовщине Октября. Корпус к этому времени уже стоял, а фасада у него ещё не было. Требования к архитектурному облику зданий, писали тогда, «резко повысились», и управление строительства заказало архитектору А. И. Павлову проект оформления уже готовой коробки. Павлов сделал дом, какого в Ташкенте потом почти не строили. Шесть лестничных клеток выступают на южном фасаде эркерами, остеклёнными от первого этажа до верха квадратными окнами, а сам дом шестью уступами спускается по рельефу. По штукатурке прочерчен квадратный орнамент. На восточном торце была изогнутая надпись «Дом ИТР», то есть дом инженерно-технических работников, и венок из колосьев со звездой, лопатой и топором. Надпись и венок не сохранились. Через два года Павлов поставил рядом близнеца, второй Дом специалистов, такого же размера и с теми же шестью подъездами, но пышнее: с колоннами, арками и лоджиями. Оба дома историки архитектуры считают единственными известными примерами ар-деко в Ташкенте.

В ноябре 1936 года в редакцию пришло письмо: «Единственный в Ташкенте дом специалистов уже заселен жильцами, но... не достроен». Ещё в июле жильцы предупреждали, что отопление не готово. Начальник строительства Халдеев обещал, что всё скоро будет в порядке, только угольный сарай нужно сложить из сырцового кирпича. К ноябрю под сарай едва закладывали фундамент, а угля так и не привезли. Настали холода. По вечерам семьи сидели на кухнях у плит. Заслуженная артистка Сарра Ишантураева тяжело простудилась и потеряла голос, болели дети. Батареи там, где их поставили, текли и портили стены. Жильцы готовы были за свой счёт сложить печи, но начальник строительства запретил. Проводку жильцы оплачивали сами. Комитет наук внёс за квартиру пятьсот рублей ещё в марте, университет отдал тысячу, медицинский институт купил всё, от счётчика до шурупов. Свет за три месяца провели в одну квартиру и не включили. Художник Татевосьян заплатил тысячу рублей и света не дождался. «Скоро свет будет», отвечали жильцам по семь-восемь месяцев. Форточки не навешены, вместо стёкол газетная бумага, паркет «прыгает», в стенах и полах сквозные дыры. А самого Халдеева горсовет наградил отделанной квартирой в этом же доме. Под письмом восемнадцать подписей: профессора, врачи, народный артист Абрар Хидоятов, доктор археологии М. Массон, заслуженный артист Уста Алим, народный артист Уйгур. Сегодня на восточном торце дома висят памятные доски людям, которые здесь жили.