Taschkent-Glockenturm

Башня с часами стоит на месте, которое сто лет ждало здания. Здесь собирались строить дом военного губернатора Сырдарьинской области - проект Бенуа 1878 года, симметричная двухэтажная постройка, задуманная главной доминантой площади. Денег в казне не нашлось, дворец так и не построили, и площадь осталась без своего главного здания. Дворца не случилось, а часы приехали сами - с войны. В самом конце войны в прусском городе Алленштайн разбирали башню городской ратуши, которая грозила рухнуть. Сержант ремонтной бригады доложил коменданту города майору Соколову: механизм часов цел, может сгодиться, а в моём городе городских часов нет. Сержанта звали Александр Абрамович Айзенштейн, и он был ташкентцем из семьи потомственных часовщиков. Командование выдало бумагу, что часы - подарок полка Ташкенту. В Ташкенте объявили конкурс на тридцатиметровую башню в национальном стиле. Построили её в 1947 году по проекту Мухамедшина с инженером Левченко, а резьбу по ганчу поручили уста Ширину Мурадову - лучшему мастеру республики. Внизу сделали магазины. Башню задумывали как выражение победы в войне, и в этом смысле трофейный механизм внутри неё - не курьёз, а часть замысла. У этой башни есть неожиданная родня. Подковообразный план сквера напоминает площадь Пьяцца дель Кампо в Сиене, над которой тоже высится башня, - и похоже, что архитекторы это сходство видели. А в самой форме курантов читаются иранские ветроулавливающие башни-бадгиры, какие строят в Йезде. Получилось здание, в котором сошлись Италия, Иран, Восточная Пруссия и ташкентская школа резьбы по ганчу. А человека, который спас часы, город потом избрал почётным гражданином и назначил главным смотрителем курантов. Он следил за механизмом, который сам же и привёз.