Станция метро «Амир Темур хиёбони» (Октябрьской революции)

В 1977 году ташкентское метро кончалось здесь. Первый участок первой линии шёл 12,17 километра от станции имени Сабира Рахимова на юго-западной окраине до этой станции в центре — так считал протяжённость главный инженер Ташметропроекта Георгий Оганесов. Дальше рельсы упирались в тупик, и журнал 1977 года это фиксировал прямым оборотом: временно на этой линии она является тупиковой. Место выбрали не случайное. Станция лежит под улицей Пушкина, там, где та примыкает к скверу Революции, рядом с гостиницей «Узбекистан». Это самый центр города, узел, к которому сходится всё, и уже тогда предполагалось, что линия пойдёт дальше на северо-восток — что и случилось в 1980 году, когда открыли участок до станции имени Максима Горького. Последний перегон дался труднее всего. В августе 1976 года «Правда Востока» писала, что из девяти километров перегонных тоннелей первого участка осталось пройти закрытым способом примерно шестьсот метров, и главным образом — между станцией «Площадь имени В. И. Ленина» и станцией имени Октябрьской революции. Копать открытым способом в этом месте было нельзя: наверху центральные улицы. Годом раньше, в июне 1976-го, отделка на станции ещё не начиналась — шло только художественное оформление, самая долгая часть работы. А дальше случился эпизод, который хорошо показывает, чем было метро в советском городе. 5 ноября 1977 года газета напечатала расписание метрополитена на 7 ноября: поезда ходят с шести утра до двух ночи, но станции «Пахтакор» и имени Октябрьской революции с восьми до двух часов дня работают только на выход, а станция «Площадь имени В. И. Ленина» в это время закрыта вовсе. Причина понятна без объяснений: наверху шла демонстрация, и метро в тот день работало как её инфраструктура — привезти можно, увезти нельзя. Через день после праздника газета печатала новую схему автобусных маршрутов. Маршрут 21 «Центральный рынок — 26-й квартал Чиланзара» закрывался как дублирующий линию метрополитена, маршрут 35 продлевался до автостанции «Станция метро „Пахтакор“», открывался новый кольцевой маршрут от автостанции метро «Имени 50-летия СССР». Город на глазах перестраивался под метро: одни маршруты исчезали, другие начинались от станций.

Тема станции была задана названием: раскрытие революционных событий в Средней Азии. Вопрос был в том, как рассказать об этом в подземном зале, не превратив его в музейную витрину. Решение оказалось двухслойным. Снизу — колонны и стены, сделанные строго и почти классически. Прямоугольные колонны облицованы белыми плитами полированного нуратинского мрамора, и в середине каждой втоплены вертикальные полоски красного курдайского гранита — то есть каннелюры, древнейший приём колонны, набранные здесь из камня другого цвета. В верхней части колонны обрамлены поясками из того же гранита с орнаментом. Путевые стены облицованы красноватым газганским мрамором, цоколь — тёмно-красным токовским гранитом. Сверху — потолок, и здесь начинается Восток. Ребристые плиты подшиты плоским потолком со светильниками, скрытыми в ригелях-балках, но в среднем пролёте, в шаге колонн, устроены купола с национальным резным орнаментом по ганчу и с подсветкой. Резьбу делал народный мастер М. Усманов. Подсвеченный ганч даёт то, ради чего этот материал вообще существует, — игру света и тени: рельеф работает только при боковом свете, и потолок оживает. Собственно рассказ о революции вынесен на путевые стены: тематические панно из чеканной меди, изображающие участие народа и вождей в революционных событиях Средней Азии. Авторы — художники В. Лунев и Л. Рябцев. Входная часть на платформу решена в виде группы знамён, а в одном из вестибюлей был установлен горельеф Ленина. Через год после открытия станцию разбирал Владимир Бурмакин, монументалист и председатель монументальной секции Союза художников Узбекистана. Про эту станцию он сказал коротко и по делу: рельефы хорошо вписаны в плоскость стены, а мягкость освещения вместе с чёткостью архитектурного замысла придаёт залу особую торжественность. Похвала от коллеги-художника касалась именно того, что чеканка не выпирает из стены, а лежит в ней. Проектировал станцию институт ТашЗНИИЭП: архитекторы Илья Мерпорт, М. Акрамов и С. Шаппо, при участии В. Нарубанского. Имя Мерпорта стоит запомнить: он же был главным архитектором гостиницы «Узбекистан», которая стоит прямо над этим залом. Один и тот же человек сделал здание на поверхности и зал под ним. С 1992 года станция называется «Амир Темур хиёбони» — по скверу, который сменил имя вместе с ней. Имена наверху поменялись, а зал внизу остался: ташкентское метро почти не перестраивали, и ганчевые купола, гранитные канелюры и чеканка на путевых стенах стоят с 1977 года. Из заметного менялся свет — на части станций тёплые лампы сменились холодными.