Санта-Мария делла Виттория

Церковь снаружи ничем не выделяется - тесный барочный фасад на шумной улице. Внутри темно, тепло, золочёно, горят свечи. Идите налево, к боковой капелле, и остановитесь перед ней. Это капелла Корнаро, и главное в ней - как она устроена. По сторонам от алтаря в стенах сделаны ложи. В ложах сидят люди из мрамора: кардинал Федерико Корнаро, оплативший капеллу, и его предки. Они не молятся и не смотрят на нас. Они повернулись к центру, переговариваются, наклоняются вперёд - смотрят на то, что происходит в середине, как зрители в театре. А в середине - «Экстаз святой Терезы», работа Бернини 1646 года. Тереза Авильская, испанская монахиня XVI века, описала в своих записках видение: ангел с золотым копьём пронзал ей сердце, и боль была такой, что она стонала, но не хотела, чтобы это кончалось. Бернини выбрал именно этот момент. Она лежит на облаке, откинувшись, глаза закрыты, рот приоткрыт, тело утонуло в складках ткани - складки сделаны так, что мрамор кажется мягким и тяжёлым одновременно. Над ней стоит ангел с улыбкой, которая с разных точек выглядит то нежной, то жестокой, и держит стрелу, готовясь ударить второй раз. Сверху на них падают лучи - бронзовые, позолоченные, и настоящий свет из скрытого окна идёт вдоль них. Зрителя это ставит в неловкое положение, и Бернини знал, что делает. Сцена религиозная, а выглядит телесной до неприличия; спорят об этом с XVII века и не перестанут. Но посмотрите на устройство целиком, а не только на фигуру. Есть сцена. Есть подсветка. Есть занавес из мрамора. Есть публика в ложах. Зритель, то есть вы, стоит в партере. Барокко здесь не «пышный стиль» - это театр, собранный из камня, бронзы и настоящего солнечного света, и вы в нём участвуете самим фактом присутствия. Если вы уже были в Сант-Андреа аль Квиринале, вы узнаете приём: там Бернини так же поставил зрителя в центр и устроил вокруг него вознесение. Здесь то же самое сделано в одной капелле, и поэтому её легко разглядеть целиком. И два замечания про саму церковь, оба хороши. Первое - про имя. «Мария Победы» - это про конкретную победу: битву у Белой Горы под Прагой 8 ноября 1620 года. Полковым священником при католической армии был кармелит Доминик Иисуса и Марии, и он носил на шее образ Богоматери; победу приписали ему. Через полтора года образ привезли сюда, и церковь, начатая как капелла Святого Павла, сменила имя. То есть капелла с самой телесной сценой в римском барокко стоит в церкви, названной по сражению. Второе - про то, как оплатили фасад. Когда в 1608 году рыли котлован под церковь, нашли античную статую - «Спящего гермафродита». Кардинал Шипионе Боргезе, страстный коллекционер, статую забрал, а взамен оплатил постройку фасада. Церковь, можно сказать, обменяла найденную в своей же яме языческую редкость на собственный фасад - и такие сделки в Риме были в порядке вещей.