Лоренцо Гиберти

Перед вами Баптистерий, а на нём двери, из-за которых во Флоренции спорят до сих пор. Про сами двери рассказано в карточке Баптистерия. Здесь - про человека, который отдал им пятьдесят лет жизни. Начнём с имени, потому что с ним не всё просто. Мать Лоренцо в 1370 году вышла замуж за некоего Чоне Гиберти - человека из приличной семьи, но, по описанию современников, «совершенно никчёмного, жалкого, почти лишившегося рассудка». Через несколько лет она сбежала от него во Флоренцию и стала жить с ювелиром Бартоло ди Микеле; поженились они только после смерти Чоне в 1406 году. Точная дата рождения Лоренцо неизвестна, дата побега матери тоже, и потому неизвестно главное: чей он сын. Для человека того времени это был вопрос не бытовой, а сословный - незаконнорождённость закрывала двери. Ремеслу он выучился в мастерской отчима, то есть ювелиром. В 1400 году, спасаясь от чумы, уехал из города; сам он пишет об этом в своих «Комментариях» - автобиографии, редчайшей вещи для художника той эпохи: «В юношеские мои годы, в лето от рождества Христова 1400, я уехал отсюда из-за появившейся во Флоренции эпидемии, а также несчастья, обрушившегося на родину». Через год он вернулся, выиграл конкурс на двери Баптистерия - и больше во Флоренции ничем крупным не занимался, потому что заниматься было некогда. Считайте сами. Первые двери он делал двадцать с лишним лет и поставил в 1424 году. Едва их установили, цех Калимала заказал вторые - на этот раз без конкурса, просто ему. Вторые заняли двадцать семь лет: начал в 1425-м, объявил законченными в 1452-м. Полвека на две двери, и на этом жизнь, в сущности, закончилась: он умер в 1455 году и похоронен в Санта-Кроче вместе с сыновьями Витторио и Лоренцо, которые были его помощниками. Теперь то, ради чего сюда стоит подойти вплотную. На обеих дверях Гиберти спрятал собственный портрет. На первых дверях, в обрамлении, он вылепил сорок семь маленьких голов - пророки и пророчицы, старые и молодые, спокойные и взволнованные. Но одна голова, третья снизу в середине левой створки, - это явно человек Возрождения: подходящий к среднему возрасту мужчина с тяжёлыми веками, выбритыми полными щеками и модным тюрбаном. Это он. Рядом подпись: OPUS LAVRENTII FLORENTINI, «работа Лоренцо Флорентийского». На вторых дверях он поставил себя почти на то же место - и это уже другой человек. Мудрое доброе старое лицо, лысая голова, и посажена она с явной иронией: ровно там, где у двери должна быть ручка. Между двумя портретами - тридцать лет одной работы. И подпись на вторых дверях другая: LAVRENTII CIONIS DE GHIBERTIS - «Лоренцо, сына Чоне Гиберти». Много лет он подписывался просто «Лоренцо», без отчества, и это было удобно: так вопрос о законности рождения не возникал. А с 1442 года он начинает называть себя сыном Чоне - и именно под этим именем мы его знаем сегодня. Историки предполагают, что где-то в это время вопрос о его происхождении всё-таки был задан вслух, и он выбрал ответ. Осталось сказать то, чего на дверях не видно. Мастерская Гиберти была главной школой города: через неё прошли едва ли не все флорентийские скульпторы и живописцы следующего поколения. Человек, который выиграл один конкурс и потом полвека занимался одним заказом, оказался учителем целой эпохи.