Площадь имени Ленина (площадь Мустакиллик)

Место это считалось ядром городского центра задолго до модернизма. Здесь была Соборная площадь, потом Красная, и вокруг неё стояла смешанная застройка бывшей европейской части города, разбитой по плану Колесникова ещё в 1867 году. После землетрясения 1966 года весь этот участок снесли целиком - Зияев в своей хронологии Ташкента относит его к первому, самому радикальному методу реконструкции, «сопряжённому с массовым сносом». Что строить взамен, решал конкурс 1964 года. Всесоюзный конкурс на проект застройки центра выиграла бригада Ташгипрогора - так пишет альбом «Лучшие произведения советских зодчих», где раздел про Ташкент составлен по горячим следам. Но список авторов самой площади открывается другим именем: ансамбль проектировала бригада, которую возглавлял Борис Мезенцев, московский архитектор, чьим именем позже назвали институт ЦНИИЭП зрелищных зданий. Рядом с ним в списке Александр Якушев, Борис Зарицкий, Евгений Розанов, Лев Адамов, Вячеслав Шестопалов и инженер Владимир Кричевский. Ташкентцы конкурс выиграли, главную площадь проектировали москвичи. Территорию раздвинули до 12,9 гектара. Композицию построили на перепаде: площадь разделили на две части, лежащие на разных уровнях. Верхняя, большая, предназначалась для парадов и праздничных шествий, нижнюю решили зелёным партером, а между ними поставили стену фонтанов и большой бассейн - семь тысяч квадратных метров воды с каскадом, устроенные не только ради вида: вода увлажняла воздух. Сам перепад от северо-восточной стороны к юго-западной доходит до трёх с половиной метров, а вся площадь лежит на самых высоких отметках района и потому господствует над остальными ансамблями центра. Многоосевая, вытянутая с севера на юг, асимметричная - и в альбоме, и у Кадыровой это описано как достоинство: здания размещены свободно и контрастно, высоты нарочно разные - семь этажей, двадцать и три, - а террасы, лестницы, подпорные стенки и пандусы делают переход к человеческому масштабу. Стены у площади было три. С юга - протяжённое семиэтажное здание Совета Министров, параллелепипед длиной сто восемьдесят метров, почти равный ширине самой площади, поднятый на мощные V-образные опоры, через которые пространство просматривается насквозь. С севера - высотное здание Министерств, главная вертикаль не только площади, но и всего центра. С запада оставался памятник Ленину работы Матвея Манизера, доставшийся от прежнего ансамбля. Восточную сторону замыкал бассейн с фонтанирующей водной стеной-завесой. Чтобы раскрыть пространство на запад, проект предполагал снести бывший Дом правительства вместе с историческим Белым домом внутри него. Этого не сделали, и здание стоит до сих пор - у него на нашей карте своя карточка и своя история. А главного здания площадь так и не дождалась. Северную сторону должен был занять Верховный Совет республики, и в книге ТашЗНИИЭП 1976 года он всё ещё описан как часть композиции, наравне с построенным. Альбом формулирует ещё прямее: ансамбль «будет завершён» после того, как поднимутся Верховный Совет и мемориал Великой Отечественной войны в северной части площади. Ни того, ни другого не построили никогда. В 1975 году за архитектуру центра Ташкента 1966-1974 годов дали Государственную премию СССР. В списке лауреатов двенадцать человек: Адамов, Адылов, Зарицкий, Пурецкий, Розанов, Турсунов, Халдеев, Шестопалов, Якушев, художник Усманов, инженеры Кричевский и Дудин. Мезенцева, с чьего имени начинается список авторов площади, среди лауреатов нет. К моменту выхода альбома московский институт, из которого он пришёл на этот заказ, уже носил его имя. Зияев, писавший через тридцать пять лет, оценивает результат без снисхождения. По его словам, облик площади, созданный по единому замыслу, с такой целостностью и логичностью структуры на чертеже и макете, после осуществления в натуре оказался монотонным и масштабно не продуманным. Подпись под одной из его фотографий начала 1980-х звучит как приговор: отсутствие масштаба между открытым пространством и новым памятником. Вот с этого памятника всё и разъехалось.

За четыре дня до того, как в Ташкенте открыли памятник Ленину, к скульптору пришли двое корреспондентов «Правды Востока» - Танхельсон и Октябрь Якубов. Разговор напечатали 24 октября 1974 года, и он остаётся лучшим свидетельством о том, как этот монумент появился, потому что рассказывает сам автор. Николаю Томскому было под семьдесят. Президент Академии художеств СССР, Герой Социалистического Труда, автор памятника Кирову в Ленинграде и памятника Ленину в Берлине. Сын сельского кузнеца, который «прекрасно владея молотом, великолепно рисовал». В гражданскую служил в Красной Армии, после ранения остался в Старой Руссе, рисовал в драмкружке, и однажды художник-акварелист Сворок забрал у него набросок и сказал: «А лепить вы не пробовали? Попробуйте, у вас рисунок скульптора». Томский взял зеркало и глину и слепил автопортрет. Ленинская тема началась у него в январе 1924 года, когда пришла весть о смерти Ленина: он сделал портрет Ленина в детстве, и через год эту работу купил Музей Октябрьской революции. Ташкентский заказ пришёл письмом. «Я получил письмо от тов. Ш. Рашидова с предложением создать монументальный памятник Ленину в Ташкенте. Я это предложение принял с удовольствием». Дальше он объясняет, почему: «Хотелось давно создать такой памятник, который стал бы доминантой не только площади с её архитектурным ансамблем, но и как бы возвышался над городом, всей республикой». Площадь ему понравилась до восторга: «Новая площадь Ташкента с её исключительно удачным пространственным решением стала тем идеальным для скульптора местом, о котором можно только мечтать: бескрайнее голубое небо, простор, фигура, открытая со всех сторон». Про сроки он проговаривается почти буднично. На берлинский памятник к столетию со дня рождения Ленина у него ушло меньше двух лет - срок, по его собственным словам, «для создания таких монументальных произведений предельно короткий». И тут же добавляет: «Но ещё меньше времени заняла у меня работа над памятником В. И. Ленину в Ташкенте». Отливали в Ленинграде, на заводе художественного литья «Монументскульптура». Шестого сентября 1974 года газета сообщила, что сегодня ленинградцы отправляют памятник в столицу, и назвала бригады поимённо: формовщики-литейщики под руководством Хабарова, чеканщики во главе с Курашевым. Гранит прислала Украина, металл - уральцы. От отправки до открытия оставалось шесть недель. Открыли утром 20 октября 1974 года, в канун пятидесятилетия Узбекской ССР. Митинг открыл первый секретарь горкома Ходжаев, звучал гимн, били залпы артиллерийского салюта. Говорили трое: прораб первого строительного управления треста № 11 «Высотстрой» Алиходжаев - того самого треста, который строил бульвар имени Ленина, - ветеран партии с 1919 года Секретарев и студентка университета Атаханова. Мимо монумента чеканил шаг почётный караул, у подножия росла гора цветов. Газета описывает фигуру одной фразой: «Взор Ильича устремлён на Восток». Цифры такие: около тридцати метров общей высоты, бронзовая фигура, постамент из красного гранита высотой тринадцать метров. Подтрибунное пространство перекрыли железобетонными плитами и отдали под служебные помещения. И вот здесь начинается то, о чём на митинге не говорили. По первоначальной композиции памятник стоял с запада - старый, работы Манизера. Новый поставили не на его место, а севернее, за пределами прежних границ площади, вдоль красной линии предыдущего монумента. В результате появилась вторая площадь: с юга её замыкало высотное здание Министерств, с запада - новый памятник, а с севера - здание Верховного Совета, которое только предстояло построить и которое так и не построили. Старая площадь осталась позади, её озеленили и отдали под зону отдыха. Что это была не рядовая правка, видно по датам. Дополнительный вариант реконструкции площади архитекторы Турсунов, Прокофьев, Адылов, Адамов и Пурецкий разрабатывали в 1973 году - то есть композицию переделывали под уже решённый памятник, а не наоборот. Зияев, разбирая этот эпизод через тридцать пять лет, сформулировал коротко: между открытым пространством и новым памятником не оказалось масштаба. Простоял он недолго по меркам площадей. Сегодня памятника на площади нет: его сняли после того, как республика стала независимой, и на его месте встал монумент Независимости.