Леон Баттиста Альберти

Перед вами фасад Санта-Мария Новеллы, а в двух кварталах отсюда стоит дворец Ручеллаи. Оба сделаны по рисункам одного человека, и ни на одной из этих строек он, судя по всему, не провёл дня в роли мастера. В этом и состоит его новизна. Леон Баттиста Альберти прожил с 1404 по 1472 год и был не ремесленником, а учёным - тем, кого тогда называли гуманистом. Он писал о живописи, о семье, о морали, служил при папской курии. Архитектура была для него предметом размышления раньше, чем занятием. В 1435 году он посвятил Брунеллески свою книгу о живописи, и посвящение стоит прочесть целиком, потому что это лучшее, что сказали о куполе современники: «Кто был бы столь жестокосерд или столь завистлив, чтобы не похвалить зодчего Филиппо при виде такого огромного сооружения, вознесённого выше небес и достаточно широкого, чтобы накрыть своей тенью весь тосканский народ?» Заметьте позицию говорящего: это пишет не соперник по цеху, а человек со стороны, который умеет сформулировать. Главное его дело называется «Десять книг о зодчестве» - De re aedificatoria. Он написал её к 1452 году, напечатали её в 1485-м, уже после его смерти, и это первый большой архитектурный трактат Возрождения. Джонатан Гланси объясняет, что она изменила по существу: с появлением книги замысел стал путешествовать отдельно от автора, и архитектор перестал быть привязанным к стройке. До этого здание существовало там, где стоял мастер. После - там, где прочли книгу. Флоренция дала Альберти ровно двух заказчиков, вернее одного: Джованни Ручеллаи, богатого торговца шерстью, заказавшего ему и фасад собственного дворца, и фасад Санта-Мария Новеллы. Посмотрите на дворец - он сделан почти как учебная таблица ордеров: внизу дорические пилястры, выше ионические, на верхнем этаже коринфские, по возрастанию сложности. Так античную систему во Флоренции никто до него на жилой дом не накладывал. И ещё одна вещь, которую Альберти дал своему времени, хотя она не из камня. Именно он связал старое понятие «великолепия» - добродетели щедрого человека - с постройкой зданий: тот, кто возвёл прекрасное здание, украсил не только свою жизнь, но и общественную, и принёс честь себе, семье, потомкам и городу. Флорентийские богачи, которые с середины века начали наперегонки строить дворцы, действовали в этой рамке. То есть Альберти написал не только правила архитектуры, но и оправдание для тех, кто её заказывает. Напоследок - место, где на него можно посмотреть. В капелле Бранкаччи, в церкви Санта-Мария дель Кармине за рекой, на фреске Мазаччо «Чудо со статиром» справа стоит группа мужчин в тёмном. Двоих в первом ряду обычно опознают как Альберти и Брунеллески. Это не документ, а традиция опознания, но традиция давняя.