Базилика Сан-Пьетро ин Винколи

Поднимитесь от Колизея по лестнице, зажатой между домами, и вы окажетесь на тихой площади, каких в Риме сотни. Церковь на ней ничем не хвалится: пять простых арок портика, стена без единой скульптуры. Внутри тоже сначала ничего особенного - широкий зал, двадцать античных колонн, свет из высоких окон. Ради этого зала церковь и построили. В середине V века сюда положили цепи, которыми, по преданию, был скован апостол Пётр. Одну привезли из Иерусалима, другая, говорит легенда, осталась от его римского заточения в Мамертинской тюрьме, и, когда их поднесли друг к другу, они срослись. Цепи лежат под главным алтарём, в ларце за бронзовыми дверцами, и от них церковь получила имя: винколи значит «оковы». Но приходят сюда не за цепями. Пройдите к правой стене. Там сидит человек с каменной бородой, спускающейся ему на колени. Он развёрнут вполоборота и смотрит куда-то мимо вас. Это Моисей Микеланджело, ростом около двух с половиной метров. А то, во что он вставлен, это остаток самого несчастливого заказа в истории архитектуры. В 1505 году папа Юлий II позвал тридцатилетнего Микеланджело и заказал себе гробницу. Не плиту и не нишу: отдельно стоящее сооружение в три яруса, почти одиннадцать метров на семь, с сорока статуями крупнее человеческого роста на всех четырёх сторонах. По сути небольшое здание внутри большого. Стоять оно должно было в соборе Святого Петра. Микеланджело восемь месяцев провёл в Карраре, выбирая мрамор. Пока он выбирал, папа увлёкся другим: старый собор Святого Петра решили снести и строить новый. На две грандиозные затеи сразу денег не было, и гробницу отложили. Дальше сорок лет одного и того же. Папа умирает в 1513 году, наследники подписывают новый договор, и гробница из отдельно стоящей становится пристенной. В 1516 году её ужимают ещё раз. Микеланджело тем временем расписывает Сикстинскую капеллу, потом возвращается к мрамору, потом его уводят на «Страшный суд». В 1532 году подписывают договор, по которому памятник переезжает из собора Святого Петра сюда, в приходскую церковь на холме. Закончили в 1545 году, когда автору было семьдесят. Теперь посмотрите на то, что перед вами, ещё раз. От четырёх сторон осталась одна. От сорока фигур шесть ниш. Своей рукой Микеланджело сделал здесь трёх: Моисея и двух женщин по бокам, Рахиль и Лию, жизнь созерцательную и жизнь деятельную. Остальное вырубили помощники. Двое «Рабов», которых он успел закончить для первого замысла, стоят в Лувре, ещё четыре, брошенные необработанными, во флорентийской Академии, рядом с «Давидом». И последнее, ради чего стоит сюда зайти. Юлия II здесь нет. Папу похоронили в соборе Святого Петра, рядом с дядей, под полом, без всякого памятника. Гробница, ради которой сорок лет резали мрамор в Карраре, стоит пустой в чужой церкви, и в ней сидит Моисей, которого приходят смотреть со всего мира. Сам Микеланджело называл эту историю трагедией гробницы и писал, что положил на неё всю молодость.