Станция метро «Тошкент» (Ташкент)

Эта станция замышлялась не как остановка возле вокзала, а как часть вокзала. Местоположение — Привокзальная площадь. Вокзальный комплекс, писал журнал в 1982 году, решён с торговыми, административно-хозяйственными и культурными предприятиями и сооружениями; саму площадь намечалось развивать аллеями и бульварами в направлении к центру города. Станция — колонного типа, с двумя подземными вестибюлями, совмещёнными с подуличными переходами. И главное: через один из вестибюлей по подземным переходам можно будет попасть непосредственно на железнодорожные посадочные платформы. Для советского метро это нечастое решение. Обычно метро и вокзал соединяет площадь, которую надо перейти с чемоданом поверху; здесь пассажира собирались вести под землёй от поезда до поезда. Заодно вестибюли, совмещённые с подуличными переходами, снимали пешеходные конфликты на самой площади — тот же приём, что применили на «Узбекистанской» и «Ташсельмаше». Строили перегон к ней открытым способом. В декабре 1981 года «Правда Востока» отчитывалась: пятый перегон, от станции «Айбек» до привокзальной станции «Ташкент», сооружается открытым способом, три четверти работ выполнены, перегон готов под укладку путей. Открытый способ — это траншея вдоль улицы, куда краны ставят готовые короба тоннеля, а сверху кладут плиты и возвращают движение; в Ташкенте так сделали больше половины первой линии, и это считалось местным изобретением масштаба, нигде прежде не применявшимся. Станция стала конечной для первого участка второй линии. Пять станций этого участка — «Навои», «Узбекистанская», «Проспект Космонавтов», «Айбек» и «Ташкент» — соединили первую линию в центре города, на «Пахтакоре», с железнодорожными воротами города. Так формулировал задачу сам журнал, и формулировка точная: линию тянули от стадиона к вокзалу.

В 1983 году Ташкент праздновал две тысячи лет. Дату назначили, к ней готовились несколько лет, и станция метро при вокзале должна была стать одним из подарков — воротами, через которые гость города входит в его историю. Тему оформления журнал описывает прямо: образ станции выражен элементами из поливной керамики, из которых выполнены капители колонн зала платформы и художественные панно на путевых стенах, и тема эта раскрывает этапы истории города Ташкента, двухтысячелетие которого будет отмечаться в 1983 году. Звёздчатые керамические вставки художника С. Султанмурадова в сочетании со светильниками на ажурном потолке, сказано там же, продолжают национальные традиции архитектуры интерьеров. Самая внятная деталь — над входами на платформу. Лобики входов венчают гербы, набранные из смальты, на которых изображены герб города Ташкента и знак его двухтысячелетия; художник — А. Хабибулин, тот же, что делал панно в виде раскрытой книги на соседней станции «Айбек». Двухтысячелетний юбилей имел собственный графический знак, он был в те годы повсюду — на значках, афишах, сувенирах, — и здесь его набрали смальтой и повесили над входом в метро. Поливная керамика в этом ряду не случайность. Журнал в том же номере напоминает: керамика — традиционный [материал зодчих] Узбекистана, о чём свидетельствуют исторические памятники Самарканда, Бухары и других городов, и в последние годы в оформлении станций она получила второе рождение. На «Проспекте Космонавтов» из керамики голубовато-бирюзовых оттенков собирали стены, на «Айбеке» — фиолетовые с золотом плиты колонн, здесь — капители и звёздчатые вставки. Одна техника, три разных задания. Проектировал станцию тот же коллектив Ташметропроекта, что и соседние: С. Адылов как руководитель, А. Табибов, Я. Мансуров, Ф. Музаффарова, Р. Файзуллаев. Насколько всё это построили так, как задумывали, мы сказать не можем: описание сделано за два года до пуска, а год открытия — 1984-й — оказался чёрной дырой и в газетной подшивке, и в журнале. Станцию открыли, и о том, что именно открыли, печать промолчала.